Цифровизация образования сама по себе, о какой бы стране речь ни шла, не способна решить проблему создания необходимых образовательных технологий. Таков вывод доклада «Образование для сложного общества», представленного на Московском международном салоне образования 19-21 апреля.


Доклад подготовлен Павлом Лукшей, Джошуа Кубистой, Александром Ласло, Милой Попович и Иваном Ниненко под эгидой Global Education Futures, партнерства GELP и корпорации «Российский учебник»; он выполнен в контексте обсуждения необходимых структурных реформ в образовании, уточняет газета «Коммерсантъ». 

Юные изобретатели на конференции Skolkovo Robotics. Фото: Sk.ru

Побеседовать с «Полит.ру» о цифровизации образования и тех проблемах, которые она ставит, а также о том, как коммерческие структуры стремятся присоединиться к существующей системе образования, согласилась Татьяна Клячко, директор Центра экономики непрерывного образования Института прикладных экономических исследований РАНХиГС.

«Если говорить о цифровизации образования, то она действительно некоторое время казалась решением многих или даже всех имеющихся проблем. Ведь благодаря ей появился выход на различные образовательные платформы, куда человек может сам заходить, сам может там учиться, получать информацию и сдавать экзамены.

Вообще говоря, это возможно – но это и всегда было возможно, только прежде это было учебой по книгам. Вопрос состоит в том, что, как и раньше, так и сейчас, при таком обучении нужен человек, который создаст для желающего учиться навигацию по морю ресурсов, которые в принципе можно посетить. И чем больше таких ресурсов, тем сложнее выбрать те образовательные материалы, которые нужны в данный момент, если учащийся не знает конкретно, какую информацию ему нужно получить.

То есть если вам надо учиться многому, если вы входите в новую область и еще плохо в ней разбираетесь, вы не знаете, какой образовательный ресурс в этой сфере является качественным, а какой – нет. Следовательно, должны появиться некие структуры, которые будут помогать вам выбирать.

Возникает достаточно серьезная проблема: кто будет направлять вас в учебе? В школе это – учитель, в вузе – преподаватель, но если вы не ходите в школу и в вуз, то кто будет этим заниматься? Откуда его взять, как его учить, как он должен с вами взаимодействовать? Мы легко произносим слово «тьютор», но не очень понимаем, что за этим словом стоит.

Вторая серьезная проблема, которая тут встает, тоже завязана на людей: кто будет создавать эти образовательные ресурсы и выкладывать их на существующие или новые образовательные платформы? И кто будет оценивать качество этих ресурсов? Кто станет решать, допускать их к выкладыванию на образовательную платформу или нет?

Таким образом, должна еще развиться мощная индустрия тех, кто делает ресурсы – фактически, тех, кто «пишет учебники», говоря старым языком, создает эти новые учебно-методические материалы с видео, инфографикой и т.д., или даже просто в формате «говорящих голов». И кто будет оценивать результат, те самые ресурсы, которые получатся?

Когда MIT (Массачусетский технологический институт – прим.ред.) вышел в эту сферу и стал просто публиковать в интернете лекции своей ведущей профессуры, то было понятно, что это – качество. Если же мы просто сделаем какие-то образовательные платформы (а они, я думаю, начнут активно появляться, поскольку это становится модным), то мы должны будем смотреть, кто стоит за этими образовательными материалами. Это ведь могут быть уже не профессора MIT, а кто угодно.

Затем возникает тема стоимости всего этого. Создание этих платформ, как известно, стоит довольно дорого. И вопрос о том, будут ли они окупаться, будет ли их поддерживать университетское сообщество или какие-то крупные компании, остается открытым. И это – третья важная проблема. Так что цифра цифрой, она, несомненно, будет развиваться, но появление нового инструмента не означает, что вы получите рай на земле. Это означает лишь, что вы получите еще немало проблем, которые нужно решать, чтобы этот инструмент работал эффективно и приносил пользу, а не вред.

Теперь что касается спектра поставщиков образовательных услуг. С одной стороны, у нас появляется огромный спрос на образование: в мире сейчас уже больше 200 миллионов студентов. Они едут в разные университеты – и не просто едут, но еще и везут с собой деньги. Деньги эти, либо государственные, либо частные, идут в эти университеты. И возникает вопрос: деньги эти пойдут только в уже существующую систему образования или мы получим рядом сеть других его поставщиков?


Вполне понятно, что могут появиться крупные компании, которые скажут: «А, мы знаем, какое образование нам нужно, и мы будем готовить людей у себя! Приходите к нам, платите нам за это.» А если они еще и пообещают потом взять на работу, то, наверное, многие сразу к ним пойдут. Но это могут делать только компании-гиганты, потому что именно им нужно много людей и именно тогда образование становится экономически эффективным.

Дальше возникают проблемы непрерывного профессионального образования. Потому что если быстро меняются технологии, то необходимо практически постоянно образовывать того, кто будет иметь дело с этими технологиями. Соответственно, появляется рынок допобразования – и те же вопросы: кто будет на нем поставщиком услуг и как его будут оценивать?

Когда крупная компании, как, например, Сбербанк, в своем корпоративном университете переподготавливает своих сотрудников, то она берет на себя все риски. Если же это будет какая-то структура, которая захочет привлекать людей со стороны, то сразу вопрос: как люди будут узнавать, что это за структура, что она дает за образование? И так далее. Другое дело, что мы имеем огромный опыт подобного образования как в государственном, так и в негосударственном секторе, которое было как качественным, так и некачественным и там, и там. И постепенно люди начинаю понимать, что к чему, начинают ориентироваться в этом мире.

Возникает система рейтингов – для того, чтобы люди получили некие ориентиры в новом образовательном мире. Я не слишком ценю эту систему, но сейчас она, так же как хит-парад в музыке, как бестселлеры в книжной индустрии, дает своего рода маркеры для потребителей образовательных услуг. Мол, это обязательно надо послушать; это обязательно надо прочитать; вот здесь обязательно стоит поучиться.

Эта система также будет развиваться, и, следовательно, должна будет возникнуть структура оценки, которая будет говорить, какое образование качественное, какое – не очень, а какое – просто выписывание справки о том, что люди прослушали какие-то курсы, но ничего больше не получили. Ну, или что человеку выдали некий сертификат, которым можно размахивать, но который никем, кроме него, цениться не будет.

Вот основная проблематика, которая за этим стоит. Цифровизация образования позволяет таких поставщиков образовательных услуг сделать очень много. И точно так же, как нужно ориентироваться в мире разнообразной информации, что на нас сейчас вываливается из различных сетей, нужно будет иметь и какие-то средства, чтобы организовывать эффективный поиск и эффективное ограничение той информации, которая будет валиться нам на голову в сфере образования», – объяснила Татьяна Клячко.

    

Источник: polit.ru