Несгибаемый венчур

31 августа 2022 г.

Как живут российские стартапы и венчурные инвесторы, насколько сильно изменились условия их работы в 2022 году и способны ли они по-прежнему привлекать инвестиции за рубежом?

Дмитрий Мунгалов поговорил с видными российскими стартаперами и представителями венчурных фондов и узнал, кому из них удастся пережить тяжелые времена и с какими опытом и активами они из них выйдут.

 

Глобальный венчурный рынок сжимается на глазах. Геополитический кризис последних месяцев, рекордная инфляция в США и Европе, общее ощущение неопределенности не добавляют инвесторам желания вкладываться в рискованные высокотехнологичные проекты. В результате второй квартал 2022 года с точки зрения инвестиций в стартапы стал худшим за десятилетие. Даже закаленные ветераны-инвесторы из Кремниевой долины, свидетели громких историй успеха стартапов – и череды столь же оглушительных фиаско, – сравнивают ситуацию со взрывом гранаты, разметавшим все и вся на рынке мирового венчурного предпринимательства.

 

В начале марта Алексей Соловьев, основатель инвестиционной компании А.Partners, написал колонку в Forbes о том, что на фоне роста геополитической напряженности будет происходить с русскоязычным венчурным рынком. Ничего хорошего автор не ждал. Вот лишь несколько цитат: «Долгосрочные последствия связаны не с банковскими, транзакционными или юридическими рисками. Они – в сознании людей, которые теперь считают: “С русскими надо быть осторожнее, подозрительнее, требовательнее”». «Под влиянием общественного мнения все русскоговорящее VC-комьюнити находится на грани попадания под беспрецедентное давление и сопротивление со стороны мирового, и в первую очередь западного, бизнес-сообщества». «Для российских венчурных инвесторов волна русофобии и “нерукопожатности” несет риски невыхода из глобальных проектов с российскими корнями».

 

На деле мартовские мрачные прогнозы не сбылись, констатирует г-н Соловьев в интервью Wealth Navigator (WN) в конце июля: «Не так все страшно и грустно, как казалось весной. Выходцы из России продолжают делать технологические компании по всему миру и привлекать в них финансирование. Если вы производите нормальный продукт и он востребован клиентами, то все будет в порядке». Это правило распространяется и на два десятка компаний в семи странах из портфеля самой А.Partners. С марта, уверяет Соловьев, не было ни одного случая, когда этим компаниям, как российским, так и иностранным, помешали бы связи с РФ: «Если какие-то вопросы возникали, мы отвечали на них, и ответы всех удовлетворяли. Наши портфельные компании продолжают работать как прежде».

 

Ничего страшного на мировом венчурном рынке основатель А.Partners не ждет и в краткосрочной перспективе. Сократившаяся активность в глобальном масштабе, по его оценке, является «возвращением к нормальности после перегрева 2020–2021 годов». Тогда на рынке действительно было жарко.

 

В 2021 году, по данным аналитической компании CB Insights, технологические команды по всему миру привлекли рекордный 621 млрд долларов (в два раза больше, чем в 2021 году, и в 10 раз больше по сравнению с 2012-м). Беспрецедентные объемы вложений аналитики фиксировали во всех регионах, что стало отражением глобализации инновационного капитала. Лидерство по-прежнему удерживали США – более 311 млрд долларов венчурных инвестиций. Прошлый год стал рекордным для венчурного рынка и с точки зрения появившихся «единорогов». Их число выросло до 959, увеличившись на 69% в сравнении с 2020 годом.

 

Российский рынок, двигаясь в кильватере мирового, также бил рекорды: объем привлеченных в 2021 году средств составил $2,4 млрд – это в три раза больше, чем в 2020-м, свидетельствует отчет аналитической платформы Dsight. «Инвесторы с российскими корнями все больше интегрировались в международный рынок: 63% русскоязычных венчурных инвесторов определяли себя как игроки международного рынка, а треть русскоязычных инвесторов вкладывали исключительно в международные стартапы, – отмечает Алексей Соловьев. – Российские технологические предприниматели научились запускать стартапы на международном рынке: не только покорять новые географии со своим текущим бизнесом, но и переносить работающую бизнес-модель в новых странах с нуля, привлекая раунды на самых ранних стадиях».

 

Верно и обратное: на венчурном рынке Москвы иностранные инвестиции впервые в истории превысили объем капитала, вложенного российскими инвесторами. За 2021 год объем зарубежных инвестиций в столичные стартапы вырос более чем в девять раз. Москва концентрировала более 70% российского венчурного рынка.

 

С восточным акцентом

 

Одним из бенефициаров прошлогоднего венчурного бума стала «Моторика», московский производитель роботизированных функциональных (то есть позволяющих осуществлять определенную функцию, например хват) протезов руки для детей и взрослых с индивидуальным дизайном. Созданные на 3D-принтере бионические или электромеханические протезы считывают остаточные мышечные импульсы и из-за этого приводятся в движение.

 

В январе 2022-го, вскоре после новогодних каникул, было объявлено о том, что «Моторика» получит 300 млн рублей от Российского фонда прямых инвестиций и Дальневосточного фонда высоких технологий. Для РФПИ это стало уже второй инвестицией в компанию: в 2019-м фонд выделил «Моторике» 100 млн рублей, так как она является портфельной компанией фонда, а ее продукция обладает экспортным потенциалом. Компанию поддерживают также фонд «Сколково», резидентом которого она является, Фонд содействия инновациям и столичные власти («Моторика» – участник Московского инновационного кластера). У «Моторики» более 3 тысяч клиентов в 16 странах, но основной бизнес находится в России. По собственным данным, выручка компании за 2021 год составила 327 млн рублей.

 

«Все-таки мы же большая компания с подтвержденной историей и хорошей выручкой, госфонды инвестируют в нас вне зависимости от каких-либо внешних событий. А вот российским стартапам, которые только начинают свой путь в технологическом предпринимательстве, намного сложнее. Искать финансирование в некрупных фондах и у частных инвесторов в последние месяцы, безусловно, стало проблематично», – говорит сооснователь и гендиректор «Моторики» Илья Чех в интервью WN. Бизнес-модель таких инвесторов зачастую предполагала вывод подрощенных подшефных стартапов на американский или европейский рынок, что по понятным причинам сделать сейчас проблематично. Поэтому инвестировать в нынешних условиях они предпочитают напрямую в стартапы из США и Европы, если партнеров не смутит российское происхождение капитала.

 

Что касается самой «Моторики», то в 2018 году ее гендиректор уверял, что производство функциональных протезов – «аполитичная область, потребность в которой очень высока, поэтому нам не мешает российское происхождение». Но очевидно, что события последних месяцев не могли не отразиться и на «Моторике». Троим сотрудникам компании с Украины (всего в «Моторике» 140 человек) дали отпуск для того, чтобы они могли перевезти родственников и разобраться с семейными делами. В Грузию на удаленку перебрался всего один разработчик компании Чеха. Психологический климат в коллективе гендиректор компании называет «более-менее нормальным»: «После начала событий на Украине мы стали еженедельно мониторить настроения в команде, и в целом негативного фона незаметно. Это связано в том числе и с тем, что мы вне политики и не поощряем слишком резких проявлений своей позиции, какой бы она ни была».

 

Самые серьезные проблемы связаны с ограничениями в логистике и доступом к компонентам. Так, команде «Моторики» стало сложно импортировать двигатели для протезов из Швейцарии. «Причем сами швейцарцы отгружают их без проблем, основные сложности связаны с тем, как ввезти их в Россию, – рассказывает г-н Чех. – Поэтому сейчас мы изучаем возможности, которые открывает параллельный импорт, и смотрим на предложения китайских производителей». В начале этого года «Моторика» испытывала некоторые сложности с электронными компонентами, это были не последствия санкций, а отголоски многомесячного глобального дефицита полупроводников.

 

Иностранного финансирования у «Моторики» не было. Поэтому и введенные в отношении РФ ограничения на доступ к рынку западного капитала сколько-нибудь существенного влияния на российскую компанию не оказали, уверяет собеседник WN. «У нас были совместные с западными фондами планы по привлечению следующего раунда финансирования, которое мы собираемся использовать для нашего нового проекта в области импортозамещения, разработки инвазивного нейростимулятора для пациентов с нейродегенеративными заболеваниями. Проект остается в силе, только искать финансирование для него мы будем не на Западе, а через фонды в Китае или Индии», – делится планами Илья Чех. Ближний Восток, Индию и Китай он называет самыми перспективными для «Моторики» регионами, уверяя, что они значились в планах международной экспансии компании и до событий на Украине.

 

Ограничения на трансграничные банковские переводы тоже не стали заметной проблемой для российской компании: импортируемые комплектующие для производства протезов были оплачены до начала операции на Украине и сразу на год вперед. С Индией, где у «Моторики» открыто представительство и где работает часть команды, платежные операции, по словам гендиректора компании, проходят нормально. Возможно, это результат работы альтернативной SWIFT-системы международных переводов, развернутой весной этого года российским банком ВЭБ.РФ и основным индийским банком, Резервным банком Индии.

 

Но «Моторика» в этом смысле оказалась в меньшинстве: ограничения в отношении российского банковского сектора стали проблемой почти для каждого второго отечественного ­стартапа. Об этом свидетельствует опрос, проведенный в конце февраля Telegram-каналом SkolkovoLeaks, адресующимся к крупнейшей инновационной системе страны, сколковской. В нем анонимно приняли участие 990 респондентов, и 49% из них сообщили, что отключение банков от SWIFT скажется на деятельности их компании.

 

Присутствие в Европе, где у «Моторики» с весны 2020 года действует сертификат соответствия, позволяющий продавать протезы на территории ЕС, по выражению Чеха, сейчас «поставлено на паузу». «Она связана не с тем, что европейцы отказываются работать с нами, а с усложнившейся логистикой, из-за чего существенно выросли накладные расходы и целесообразность такого взаимодействия стала не слишком очевидной. При этом наши партнеры в Европе – клиники и медицинские центры – так же, как мы, ждут нормализации обстановки и готовы продолжать сотрудничество, – описывает ситуацию г-н Чех. – В этом плане ничего не изменилось».

 

Business as usual

 

Если бы Лев Толстой мог предположить, что выведенная им в «Анне Карениной» формула «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему» спустя полтораста лет будет как нельзя лучше описывать еще и рынок технологического предпринимательства в РФ, он наверняка очень удивился бы. Между тем так оно и есть, следует из интервью WN Ивана Протопопова, партнера фонда Phystech Ventures. Он признает, что изменившаяся обстановка в отрасли значительно влияет на всех ее участников, и вычленяет как минимум две группы стартапов, каждая из которых под воздействием внешних обстоятельств сталкивается с весьма специфическими сложностями.

 

Первая группа – компании, которые ориентировались главным образом на российский рынок и откладывали планы международной экспансии на потом: дома их ниша была привлекательной и росла. В числе таких команд г-н Протопопов называет в первую очередь софтверные проекты, связанные, например, с искусственным интеллектом и машинным обучением. Эти разработки были интересны развивавшимся в последние годы крупным экосистемам (Сбер, Яндекс, Mail.ru и т. д.). С компаниями из этой категории охотно имели дело и крупные инвесторы, ведь у стартапов были понятные конечные покупатели. Например, банки, заинтересованные в приобретении качественных проектов, которые ориентированы на FinTech, и их встраивании в свои экосистемы.

 

Из-за роста геополитической напряженности эти стартапы столкнулись с неопределенностью: инвесторы видят, что вложения в непрофильные активы со стороны технологических гигантов вроде «Ростелекома» и топ-5 банков сжимаются. В результате такие стартапы рискуют оказаться и без фондирования, и без выручки. Впрочем, в этой ситуации заложен и потенциал для развития – из-за ухода из РФ западных игроков для российских стартапов открываются целые ниши. «Так происходит, например, с нефтесервисными компаниями из нашего портфеля, которым после массового переключения заказчиков с продуктов и услуг иностранных конкурентов необходимо быстро отрабатывать их интерес и запросы», – рассказывает представитель Phystech Ventures. Основанный в 2013 году фонд специализируется на инвестициях в DeepTech-проекты, в его портфеле более 30 компаний из 9 стран.

 

Ко второй группе собеседник WN относит международные команды, изначально нацеленные на глобальный рынок, но при этом из рациональных соображений сохранявшие связи с Россией: «Основатели таких проектов уже давно живут в США или Европе, ориентируют свой бизнес на весь мир, но команда разработчиков или бэк-офис остается в РФ, так как соотношение цена/качество кадров в РФ одно из лучших в мире». Проблемой в этом случае сейчас становится даже перевод денег из иностранного банка в российский на выплату зарплаты местной команде, не говоря уже о трудностях фандрайзинга на Западе. Траекторию развития таких стартапов Иван Протопопов видит в еще большей глобализации и интеграции в международный VC-контекст, открытии фирм за рубежом и продолжении релокации сотрудников, которая, по его оценке, в последнее время стала более осмысленной и прагматичной.

 

На основе своих наблюдений и рассказов коллег по венчурному цеху Иван Протопопов констатирует: панический отток из страны стартаперов и айтишников, которые весной задорого покупали билет в один конец, причем неважно куда, приобрел более рациональные черты. «Люди, которым сейчас работодатель предлагает релокацию, все чаще заводят разговор об условиях переезда, ведь обживающиеся в Ереване, Тбилиси и Лондоне рассказывают, сколько на самом деле стоит интегрироваться в жизнь там, – отмечает г-н Протопопов. – Часть компаний из нашего портфеля активно выходит на рынок Ближнего Востока, где жить довольно дорого. Перевозить туда сотрудников, их семьи, снимать жилье – затратное предприятие для стартапа до раунда Б, то есть для тех, кто зафондирован пусть и на миллионы, но не на десятки миллионов долларов. Впрочем, свои плюсы у этого движения тоже есть: международный business development лучше осуществлять на целевых рынках. Люди сейчас все-таки значительно охотнее рискуют, решаясь на переезд с семьей. Раньше нам приходилось всех уговаривать, часто безуспешно. Вот почему наши портфельные компании, которые долго запрягали, никак не решаясь по-настоящему вложиться в освоение новых рынков, под воздействием известных событий быстро поехали. Мы уже получаем связанные с этим результаты по портфелю и очень ими довольны».

 

Что касается самих венчурных инвесторов и сотрудников фондов, то события последних месяцев не вызвали их массового оттока из России, констатирует представитель Phystech Ventures. «Безусловно, некоторое движение есть, кто-то проводит больше времени в тех странах, где при иных обстоятельствах не задерживался бы надолго. Впрочем, специфика нашей деятельности такова, что мы не можем замыкаться на одном рынке: у нас международная работа, связанная с постоянными перелетами. Например, в 2019 году у Phystech Ventures открылось представительство в Дубае, и мы с коллегами часто летаем туда. В этом смысле я бы сказал, что business as usual».

 

С проблемами, вызванными российским происхождением или инвестициями из РФ в портфельные компании Phystech Ventures, Иван Протопопов, по его уверению, не сталкивался, хотя признает, что такие случаи на рынке есть. «Так вышло, что связанные с Россией компании из нашего портфеля в конце прошлого года зафондировались новыми раундами, поэтому у нас не было ни одного случая срыва финансирования из-за изменившейся обстановки. Но это скорее счастливая случайность, потому что от коллег по отрасли я слышал про такие случаи, и неоднократно. Из-за сложной и постоянно меняющейся ситуации вкладываться в проекты, которые ассоциируются с Россией, для международных венчурных предпринимателей чрезвычайно рискованно. Эту тенденцию сопровождают общее серьезное замедление рынка и ухудшение настроения инвесторов. При этом хороший и востребованный продукт найдет своего инвестора и заказчика, хотя, возможно, и не на том рынке, на который рассчитывал разработчик. В целом проблемы с инвестициями в аффилированные с Россией проекты я считаю скорее краткосрочными, это время придется пережить или перезагружать бизнес».

 

Через несколько дней после интервью Ивана Протопопова было объявлено: основанный в марте этого года в США выходцами из России NFT-стартап Optic привлек первые 11 млн долларов. Лид-инвестором стала одна из самых известных венчурных компаний Кремниевой долины – Kleiner Perkins.

 

Оснований для уныния, как иллюстрирует этот пример, нет не только у «глобальных русских», но и у тех стартапов, которые не захотели или попросту не успели влиться в международное русскоязычное VC-сообщество, считает партнер Phystech Ventures. Последствия геополитической напряженности последних месяцев запечатали венчурные деньги, которые в других условиях могли бы покинуть Россию, внутри страны. «У большого числа инвесторов в РФ больше нет доступа к зарубежным проектам, ведь из-за санкций и кардинально осложнившихся процедур compliance в отношении российских банков даже оплатить сделку долларами в нужном объеме и в срок бывает проблематично. Мой личный инвестиционный интерес к локальным игрокам с перспективными технологиями подогревается уходом или параличом развития бизнеса крупных иностранных конкурентов, – говорит Протопопов. – Так что фатального сценария для стартапов я бы не ждал ни сейчас, ни в 2023 году. По крайней мере, мы в Phystech Ventures не впадаем в пессимизм, продолжаем инвестировать, обсуждаем новые сделки с российскими компаниями и запускаем новый фонд, в стратегии которого учтены текущие реалии».

 

Эксперт в области технологического консалтинга Станислав Важенин, прежде работавший в зарубежных фондах, подтверждает наблюдения Ивана Протопопова: хотя Россия в последние месяцы оказалась во многом отключена от мировой венчурной повестки, ситуация далека от катастрофической. Хорошие перспективы Важенин видит у тех стартап-­команд, которые выбрали «срединный путь» развития и не замыкались только на российском или западном рынке.

 

Речь идет о разработке решений в области B2B и промышленных приложений, связанных с искусственным интеллектом. «В России есть 5–7 мощных по мировым меркам игроков, занимающихся этими сферами. В силу разных экономических и культурологических причин в последние годы они неохотно выходили на американский и европейский рынки и целевыми регионами выбирали для себя Ближний Восток, Юго-Восточную Азию, Латинскую Америку. Как теперь выясняется, это было очень прагматичное и прозорливое решение: есть свидетельства того, что такие компании в последние месяцы лишь наращивают обороты в перечисленных регионах», – отмечает г-н Важенин, основатель консалтингового бутика для стартапов и венчурных инвесторов Panorama Tеch. Одна из сделок, которые он сопровождает, связана с намерением локализовать производство в РФ электронных компонентов. Пока их выпускают в Канаде, Китае и на Тайване. Производитель рассчитывает на финансирование этого проекта со стороны венчурных инвесторов и поддержку от институтов развития.

 

В России неплохо будут чувствовать себя IT-компании, которые смогут предложить конкурентоспособные продукты, прогнозирует собеседник WN. «Я верю, что появятся новые возможности для более простых решений, которые заменят иностранные продукты как в области технологий, так и в сфере потребительских товаров. Ушедшие с российского рынка западные организации освобождают очень существенные объемы рынков в самых различных сегментах, – констатирует Станислав Важенин. – Для связанных с РФ венчурных фондов конец этого года и, возможно, 2023-й станут периодом затяжных каникул. Предстоит много работы, связанной с подготовкой новых инвестиционных стратегий и мандатов, поиском новых рыночных возможностей. Если судить по последним новостям на российском венчурном рынке, в России формируется костяк российских фондов, государственных и частных, а также ряд стратегических инвесторов, заинтересованных в поиске новых форматов и ниш в изменившихся реалиях».

 

Позитивным сигналом, свидетельствующим о том, что государство готово подставить плечо технологическим предпринимателям, г-н Важенин называет инициативы Минцифры по выдаче им льготных кредитов и осуществлению операций факторинга через уполномоченные банки, гранты, планы поддержки внедрений российских компаний-разработчиков ПО, а также готовность ЦБ признать интеллектуальную собственность высококачественным залогом для банков. Глава регулятора Эльвира Набиуллина предложила начать с интеллектуальной собственности на программные продукты, так как их рынок наиболее ликвиден.

 

«Мы почувствовали колоссальные изменения в научной кооперации»

 

Отъезд из России иностранных исследователей, заморозка международного научного сотрудничества и необъявленное официально, но введенное де-факто эмбарго на публикацию научных статей российских авторов во многих зарубежных журналах. Таковы основные последствия событий, начавшихся 24 февраля на Украине, для лаборатории биотехнологических исследований 3D Bioprinting Solutions (входит в группу компаний «Инвитро»). Лаборатория получила известность благодаря созданию первого российского 3D-биопринтера FABION, с помощью которого был получен органный конструкт щитовидной железы мыши, а также серии экспериментов на борту Международной космической станции с использованием магнитного биопринтера собственной разработки «Орган.Авт», в том числе опытов по 3D-биопечати хрящевой ткани человека и экспериментов по выращиванию говядины в космосе.

 

С учетом того что образованная в 2013 году 3D Bioprinting Solutions, по сути, стала пионером в развитии биопечати и биофабрикации в России (лидерство в этом направлении традиционно у исследователей из США и Европы), понятно, насколько тесно компания была интегрирована в мировой научный контекст. Ученые из 3D Bioprinting Solutions регулярно публиковались в ведущих изданиях и участвовали в знаковых международных проектах (например, по выращиванию на МКС белков коронавируса для изучения механизмов его внедрения в организм человека). 3D Bioprinting Solutions выступала идеологом и основным организатором проведения в Москве международных конференций по биопечати и биофабрикации, которые на протяжении нескольких лет собирали в российской столице ведущих специалистов с разных континентов.

 

Многое изменилось после 24 февраля. «У нас в лаборатории работало достаточно большое количество иностранцев – биологов и инженеров. Многие из них решили уехать домой. Не то чтобы они столкнулись с какими-то объективными проблемами, скорее повлияло беспокойство их семей в Бразилии, Нигерии, других странах за своих родных в Москве и смутные опасения, как бы чего не вышло. Мы на связи с уехавшими ребятами, они хотят работать у нас. Надеюсь, многие из них вернутся. Но кого-то, надо признать, мы потеряли окончательно», – рассказывает в беседе с WN Юсеф Хесуани, управляющий партнер 3D Bioprinting Solutions. По его словам, уехал каждый пятый научный сотрудник лаборатории.

 

С несвойственной для научной среды прямолинейностью об отказе от научных коллабораций 3D Bioprinting Solutions уведомили некоторые академические партнеры. Кто-то написал, что временно замораживает сотрудничество, другие сообщили об окончательном разрыве отношений с российской лабораторией. «Мы почувствовали колоссальные изменения в научной кооперации. На моей памяти такого спада еще не было. В 2014 году, когда мы организовывали международную конференцию по биопринтингу, поступило несколько отказов от спикеров из Европы и США, – вспоминает управляющий партнер компании 3D Bioprinting Solutions. – Погоды это не сделало: приехало много других ведущих ученых, конференция прошла на достойном уровне. Но отказ посетить конференцию – это одно, а уведомление о полном разрыве научного сотрудничества – совсем другое».

 

О том, насколько в современной науке значимы интернациональные коллаборации, можно судить хотя бы по эксперименту самой 3D Bioprinting Solutions с мышиной щитовидкой. Кроме россиян в нем участвовали два бельгийских центра, американцы, которые считали математические модели, греческая лаборатория, изучавшая фолликулы щитовидной железы. «Столь внезапное и масштабное сворачивание международного сотрудничества для нас является достаточно болезненной ситуацией», – не скрывает г-н Хесуани.

 

В числе пострадавших проектов – изучение белков коронавируса, которые в марте этого года были кристаллизованы на МКС с помощью биопринтера «Орган.Авт». В ходе серии экспериментов удалось вырастить белки большого размера, в том числе тот, который отвечает за присоединение коронавируса к клеткам человека, что должно позволить расшифровать структуру белка и лучше понять механизмы внедрения вирусов в организм человека.

 

Предполагалось, что белки будут исследовать во французском Гренобле, но оттуда пришел отказ. Россияне обратились к биологам из Южной Кореи – и вновь отказ. На помощь, как и во многих других проблемных сферах, готовы прийти китайцы. «Но у нас, во-первых, пока не проработана логистика отправки биоматериала в КНР, и, во-вторых, мы не до конца понимаем, как китайские специалисты работают с белками. Поэтому пока мы передадим на исследование не ценные «орбитальные» белки, а образцы попроще, чтобы отладить логистику и понять возможности партнеров из КНР, – делится планами Юсеф Хесуани. – Эту историю мы пока не списываем со счетов».

 

А вот шансов на возобновление другого нашумевшего проекта 3D Bioprinting Solutions, печати на 3D-принтере куриных наггетсов, нет никаких. Два года назад лаборатория и одна из сетей фастфуда объявили о запуске пилота, в рамках которого для производства куриных полуфабрикатов использовалась смесь растительных белков (соевых и бобовых культур) и курятина, выращенная по технологиям клеточного мяса. Хесуани рассказывает: «Проект был остановлен на стадии готовности в 95%, мы находились на заключительном этапе подбора вкусоароматических характеристик, в чем нам помогали крупные международные компании».

 

Еще одно из последствий геополитической напряженности последних месяцев, которыми делится собеседник WN, – не были опубликованы написанные специалистами 3D Bioprinting Solutions и поданные к публикации научные статьи. При этом формальных отказов либо пояснений переноса сроков от редакций не поступало. Заморожены переговоры с иностранными инвесторами, с которыми еще в январе – начале февраля российская компания обсуждала привлечение финансирования под некоторые проекты. От инвестиций в 3D Bioprinting Solutions по очевидным причинам отказались фонды из Великобритании и Сингапура – стран, объявленных российскими властями недружественными, – и ОАЭ, что было не так ожидаемо.

 

Где компании, деятельность которой связана с коммерциализацией передовых научных разработок (а это априори долгий процесс с порой неочевидной отдачей), теперь искать финансирование? Остается полагаться на гранты, отвечает Юсеф Хесуани, тем более что в последние месяцы требования к грантополучателям смягчаются. Например, Российский научный фонд больше не требует от претендентов на грант наличия публикаций в зарубежных изданиях Web of Science и Scopus. «Понятно, что наукоемкому стартапу приходится конкурировать за грантовое финансирование с академическими учреждениями. Выходом может быть создание совместных площадок с такими институтами», – полагает Юсеф Хесуани.

 

Похоже, именно по такому пути решила двигаться и сама 3D Bioprinting Solutions. В мае компания организовала совместную с Национальным исследовательским технологическим университетом «МИСиС» лабораторию, и этот шаг помимо прагматических последствий в виде коллаборации с сильным академическим партнером имел и неожиданный психологический результат. «Лаборатория наполнилась энергичными жизнерадостными студентами. И эта прививка молодого задорного оптимизма поддержала настрой в команде на приемлемом уровне, дала заряд общего позитива, – говорит Юсеф Хесуани. – Да, некоторые проекты закрыты или заморожены, но другие-то продолжают развиваться, и это позволяет нам не опускать руки».

 

Сделки на сотни миллионов

Если в 2020-м на российском венчурном рынке не было ни одной сделки объемом более 100 млн долл., то в 2021 году аналитики Dsight насчитали сразу 11 таких сделок. В общей сложности они обеспечили 1,2 млрд долл., или 50% объема всего рынка. Крупнейшая состоялась в октябре: соцсеть для трейдеров TradingView привлекла 298 млн долл. от группы инвесторов во главе с фондом Tiger Global Management. Еще по 250 млн долл. в течение года вложили в три компании: онлайн-кинотеатр IVI, систему управления базами данных ClickHouse и специализирующуюся на кибербезопасности Acronis.

   

Источник: pbwm.ru

Поделиться